=100= полицейского и вскоре вернулся с ним во двор. Страж общественной безопасности, сопровождаемый нами, вошел в нашу комнату. На полу посреди ее, на черепках посуды, в обломках мебели, мирно спал сокрушитель, обнажив живот.
Будочник ткнул его ногою:– Вставай!
Парень не шелохнулся. Тогда городовой отстегнул свой ремень и со словами:
– Притворяется, сволочь! – начал хлестать парня пряжкой ремня.
Утомленный парень замычал, почесался, встал и, поглядев на будочника, качаясь, пошел к двери.
– Скорее уходи, дьявол! – кричал будочник. – Скорее, а то я тебя в полицию сведу!
Парень ускорил шаги, а городовой, надевая ремень, предложил нам:– Ну, теперь надобно дать мне на чай!
Так закончился этот героический эпизод, внушив мне уважение к полиции и сострадание к бунтующим людям. Я съехал с квартиры от прачки, наняв комнату у какого-то столоначальника. Он тоже играл на гитаре. Мне кажется, что в ту пору все обыватели Уфы играли на гитарах. Столоначальник музицировал тихо и мечтательно, подняв глаза к небу и не моргая ими, точно деревянная кукла. Жил он с женой. Детей у них не было. Жизнь текла скучно и спокойно.
Казалось, что и они оба, и я с ними медленно засыпаем. Узнав, что я пою, столоначальник немедленно научил меня петь очень странный романс – «Не для меня придет весна». В этом романсе были удивительные слова:
Не для меня, в саду растя,Распустит роза цвет душистый.Погибнет труд мой безызвестный!Не для меня, не для меня!Когда я пел эту заунывную песню, столоначальник делал какие-то порывистые жесты, смахивал с глаз пальцами навернувшиеся слезы, уходил в переднюю за дверь,<<<назад<<< * переход на стр. 1-455 * оглавление* выход * >>>далее>>> * * *