=223= обратиться к одному из бетховенских квартетов, хотя бы к аллегро квартета F-dur op. 59 № 1. Тогда сущность бетховенского мышления тотчас же станет понятной. Гайдновское остроумное распределение материала покажется карточным домиком, забавной игрой в сравнении с бетховенским обнаружением
идеи. Иной масштаб, иной размах, иной тонус речи — и на каждом шагу выявление того или иного положения через противопоставление, через контраст, через противоречие. Гайд-новский игрушечный механизм с хорошо прилаженными друг к другу колесиками и где все на своем месте и вовремя звучит,— это иной мир рядом с бетховенскими организмами с их сложным функциональным становлением. В них всюду ощущается веяние сурового, испытующего ума, взвешивающего выразительную ценность каждого мига движения, и — одновременно — биение чуткого и глубоко чувствующего сердца (бетховеиские adagio).
Романтики конечно обогатили форму симфонии в психологическом мышлении.* Они нашли много новых ярких приемов и средств выражения, расширили круг идей и сюжетов, выработали в программно-симфонической музыке соответствующие «семантические интонации», чем облегчалось узнавание содержания, наконец, раздвинули рамки и пределы симфонического цикла, но все это было лишь развитием тех возможностей, что были обнаружены Бетховеном, все это было раскрытием бетховенской диалектики, которая в равной мере оплодотворяла музыкальное сознание, обращалось ли оно к воплощению чувств и идей человечества или ограничивалось созерцанием эмоциональной жизни<<<назад<<< * переход на стр. 1-492 * оглавление* выход * >>>далее>>> * * *
