=215= борющегося начала в едином во всех своих преломлениях потоке чувствований и тем самым сближается с финалом Девятой симфонии). Если проблема финала симфонии, в сущности, есть проблема передачи единого душевного состояния в различных его нюансах, то тут могло
быть два основных уклона: или радостное и свободное слияние личности с космосом и человечеством (Бетховен), или забвение душевной боли и одиночества в толпе, или трагическое уничтожение (Чайковский). Я не должен был бы в книге о форме касаться психологической стороны проблемы финала, но я делаю это только с целью выявить два направления в конечных стадиях симфонического цикла: или это различного рода обобществленные состояния, или опять акцент на конфликте, на драматическом становлении, т. е. усиление контрастов чувствований, явленных в I части. Между этими крайними точками варьируются многообразные финальные концепции (как между финалом Шестой симфонии Чайковского и Девятой симфонией Бетховена). Отсюда и многообразие и неустойчивость форм симфонических финалов: от явно выраженных рондо — до рондо, смешанных с принципами сонатно-симфонического аллегро, и до сонатно-симфонических аллегро как таковых. Но все-таки, при всем этом разнообразии, в финалах обычно обнаруживает себя руководящая, концентрирующая внимание идея, и от нее и вокруг нее идут нарастающие волны подъема. Динамически правильнее всего, мне кажется, будет выразить смысл и рост становления финала как волнообразное нарастание единого чувства, как восхождение, в противоположность драматическому становлению<<<назад<<< * переход на стр. 1-492 * оглавление* выход * >>>далее>>> * * *
