=416=
объективной, внеэмоциональной и пытающейся миновать человека. Очевидно, музыкальное наследие XIX века (во многом от нас очень далекого, а в силу человечности его музыки очень-очень нам близкого), независимо от своей эстетической дифференцированности, глубоко содержательно интонационно. И оттого мы, современники
  величайших экономических, политических и социальных переворотов, приученные страшными войнами владеть собою перед неисчислимыми бедами и потерями, еще дышим пламенностью чувств интонаций Шопена, Шумана, Чайковского, детским чистосердечием Шуберта, наслаждаемся античной ясностью гения Глинки и яркостью воображения Берлиоза. А за всеми ними сколько еще неисчерпанного! Вот, мне думается, основная причина кажущейся замедленности прогресса музыки и ее средств выражения: мы еще в атмосфере волнующего нас интонационного содержания великого музыкального века.
  Позволяю себе привести еще одну гипотезу, касающуюся выразительных качеств «равномерной темперации», из-под эгиды которой не выходит еще европейское искусство звуков, хотя акустически-математические данные неопровержимо свидетельствуют о ее недочетах. Быть может, развитие европейской музыки даже в пределах этой темперации так упорно шло к осознанию тембровой интонационности, особенно к концу века, что слух наш уже настолько овладел комплексно-обертоновым интонированием, что вполне в состоянии перейти к новой стадии инструментализма «без привычных нам инструментов» — к управлению чистыми тембрами как максимально чуткой выразительной средой. Только овладеть ими надо так, как великие скрипачи XVII—XVIII
<<<назад<<< * переход на стр. 1-491 * оглавление* выход * >>>далее>>> * * *